Не понимаешь, куда попал?! Что здесь происходит и кто все эти люди?! Не спеши, путник, и давай обо всём по порядку. Перед тобой ролевая по мотивам известной мобильной игры «Клуб романтики», где ты сможешь воплотить все свои самые сокровенные, ужасные и безумные фантазии.
все неслучайнокейт и юлиан
твоя судьбамини-квесты
пост недели от мишель
Это всё ещё слишком лично, слишком чувственно и больно, чтобы наивно верить, будто пара недель сотрёт ощущения из памяти. Это всё ещё вызывает в памяти каждое сообщение в пустоту, каждый день, потраченный на паническое ожидание любой, даже самой крошечной весточки.
>>>
Массовые. Срок - 7 дней.

да начнется война - Лив до 03.02
Личные

убийца твоего и моего имени - Клэр
iris - Влад
неистовый зверь - Мими
happy bloody christmas - Аарон
let's play some chicken - Люцифер
One, two, She's coming for you! - Адель
Life in light-dark colors. - Манта
остаюсь на дверном сквозняке - Барон
сдохни или умри - Барон
runnur - Мими
I mörkret är alla katter grå - Адель
oh, i`m on fire. - Вики
все неслучайно - Кейт
family loves you - Юлиан
the beautiful & damned - Мими
when it comes to the end - Юлиан
nuit noire - Люсия
Long live the king, the king is dead - Люци
maple syrup - Лео
my demons in the dark - Адель
Добро пожаловать в Ад! - Лив
in the middle - Люцифер
Don’t ever lose hope, hold on and believe - Брэндон
и из пересохших рек мы с тобой превратились в моря; - Аарон
Ночь перед Рождеством. - Адель
и сжигать корабли скоро выйдет из моды - Абриэль
давай вечером умрем весело поиграем в декаданс -Абриэль
please burn with me - Вики
secret - Тиша
а что выберешь ты? - Манта
come touch me like i'm an ordinary man - Миранда
Цвет моего мрачного мира — черный - Тиша
In the light of night - Манта
Yo te traeré el horizonte - мама Бриджит

обновлено 28.01.2021

ROMANCE CLUB

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ROMANCE CLUB » Sail in the fog » the beautiful & damned [16.12.20]


the beautiful & damned [16.12.20]

Сообщений 1 страница 9 из 9

1

the beautiful & damned
https://i.ibb.co/KbY3QBx/ezgif-3-1d72989fdeb8.jpg https://i.ibb.co/0V3bz47/ezgif-3-8d3fbd8c88aa.jpg

[16.12.20]
[Дино & Мими]
● ночь, лагерь мальбонте, комната дино ●
и этот твой взгляд, п о ж а л у й с т а , перестань,
даже сталь плавится под ним, а это нечестно.
такая тонкая-тонкая грань
между любовью и
сумасшествием

Подпись автора

,, но жить с ней — как в аду: что ни день,т о    о ч е р е д н а я   п-ы-т-к-а.  иногда мне кажется,https://i.imgur.com/KWRcHit.gif https://i.imgur.com/NqJGCQV.gif https://i.imgur.com/eBSavM3.gif
что когда-то я подписался на каждодневный БДСМ // без стоп слова ,,

+4

2

And these secrets are all that we've got so far
The demons in the dark, lie again,
Play pretends like it never ends
This way no one has to know

x x x

Темнота, окутывающая пространство вокруг по ночам, кажется успокаивающей, но я знаю, что это ощущение обманчиво. Я никогда не страдала бессонницей, наоборот, никто не прогуливал утренние пары в школе чаще меня, и это был неоспоримый факт; но здесь, на чужой мне территории, расслабляться не хотелось ни на минуту. Я знаю, что несмотря на тишину и ощущение, что все вокруг давным-давно спят, все равно найдется хотя бы одна пара глаз, что станет бдительно следить за мной в моих ночных похождениях. Как здорово, что я умнее, не правда ли?

Осторожно выглядываю в широкое окно своей комнаты, простреливая внимательным взглядом пустынную дорогу вокруг. Ни души, время близится к половине второго ночи, и если я хочу успеха для своего ночного предприятия, выходить нужно немедленно, пока не наступил рассвет. Я складываю крылья за спиной, чтобы даже случайно не вызвать дуновения воздуха вокруг себя, и с сожалением расстаюсь с туфлями на высоченных каблуках, которые частенько выполняли роль грозного оружия, но сейчас стали бы лишь дополнительным источником звука. Борюсь с желанием посмотреть на себя в зеркало, чтобы проверить, все ли в порядке с волосами и макияжем; какая разница, во-первых, вряд ли ангел вообще обратит внимание на мою внешность, во-вторых наше с ним "свидание" вряд ли продлится больше одной минуты. Проверяю, на месте ли ключ от его комнаты в заднем кармане моих облегающих штанов; интересно, когда я вчера стащила его у Зигзы, он действительно не понял, или только сделал вид? Крайне тяжело понимать, кто здесь твой враг, а кто на твоей стороне на самом деле; поэтому я предпочитала надеяться только на себя, и ни на кого более. Поддеваю замок на своей двери пальцами, в надежде, что успела заслужить доверие Мальбонте или хотя бы Абриэля, а потому меня наконец перестали запирать; естественно, он не поддается, и я тихо чертыхаюсь себе под нос, оценивая доступные мне варианты. Лезть через окно и возвращаться назад в дом − слишком долго, ломать дверь − слишком шумно, ждать до утра − невозможно. Я вздыхаю, и с сожалением отдираю от своего топа тонкую металлическую пластинку, которая удерживала собой пару кусочков ткани. Пара ловких движений руки − и она превращается в элегантную отмычку, которую я использовала уже множество раз, и, надо сказать, крайне успешно. Повозившись с замком пару минут, я, наконец, открываю дверь, и выскальзываю в коридор со всеми мерами предосторожности.

Двигаюсь бесшумной тенью, даже не дыша для верности, пока не добираюсь до нужной мне двери в самом конце коридора. Аккуратно поворачиваю ключ в замке, и тут же захожу внутрь, переводя дыхание в облегчении. Глаза тут же привыкают к полумраку, и то, что я вижу, заставляет меня замереть в потрясении. Я, конечно, знала, что Абриэль выбил мне лучшую комнату для пленников, но даже она до этого момента казалась мне не более, чем дырой. Теперь я понимала − в сравнении с жилищем Дино мои хоромы можно было назвать настоящим королевским дворцом. Сюда поместилась лишь кровать, стол, тумбочка с тусклой лампой и шкаф; не было ни ковров и книг, как у меня, ни дивана, на который мог сесть кто-то из посетителей, а окно было таким крошечным, что сквозь него вряд ли можно было что-то увидеть. Я тяжело вздыхаю, переводя настороженный серый взгляд на Дино. Он сидит на кровати с идеально ровной спиной, скрестив ноги и закрыв глаза, явно глубоко погруженный в медитацию; то ли не хочет отвлекаться, то ли нарочно делает вид, что не заметил меня. Я приближаюсь, щелкая пальцами у его лица; не получив никакой реакции, хочу протянуть руку, чтобы дотронуться до его лица, но в этот момент он открывает глаза, и я замираю, будто застигнутая на месте преступления, с неловко протянутой к нему рукой. Мое оцепенение длится ровно секунду, а затем я прокашливаюсь, выпрямляясь с царственной осанкой и таким независимым видом, словно это он ворвался ко мне в комнату в самый неподходящий момент, а не я.

− Привет, − мой тон достаточно ровный, и на секунду мне хочется извиниться за то, что я помешала ему, но это желание крайне быстро проходит. − Люцифер просил передать, что мы забираем Вики и улетаем домой завтра ночью. Будь готов. Я принесла твой ключ, и пожалуйста, Шепфы ради, не потеряй его. Вряд ли я смогу достать второй. − на этом моменте мне стоило бы оставить ему ключ от комнаты, и незамедлительно убраться к себе, но я почему-то медлю, охваченная странным чувством волнения и тревоги за него. Ногтями подцепляю ключ, и тянусь, чтобы отдать, но в ту же секунду хмурюсь, машинально опускаясь на кровать рядом с ним. − Что с твоими руками? − вопрос вырывается у меня прежде, чем я успеваю это проконтролировать; неровный свет лампы освещает заживающие кровоподтеки на его костяшках, и кожу, которая совсем недавно была содрана. Медленно, словно боясь дотронуться до кого-то смертельно опасного, я кладу ключ в узкое пространство кровати между нами.

Лучше бы мне было убраться отсюда как можно скорее. nk

Отредактировано Mimi (2021-01-08 15:26:32)

Подпись автора

,, но жить с ней — как в аду: что ни день,т о    о ч е р е д н а я   п-ы-т-к-а.  иногда мне кажется,https://i.imgur.com/KWRcHit.gif https://i.imgur.com/NqJGCQV.gif https://i.imgur.com/eBSavM3.gif
что когда-то я подписался на каждодневный БДСМ // без стоп слова ,,

+4

3

[indent] В какой-то момент он уже понял, что деваться совсем некуда. Эти стены стали для него обителем. Как и для всех остальных: так просто попали в плен, что даже глупо. Им выдели комнаты - свои личные, персональные клетки - из которых выбраться можно только по первой прихоти их надзирателя. Однако, сам Дино давно не выходил из нее. И если в начале его это беспокоило, то сейчас ангел нашел какую-то точку опоры. Ту самую, что держит его в узде: гнев переплетается тут со спокойствием выученным годами ранее, эмоции стерлись оставляя после себя лишь пустоту. Ураган стих - о штиле кричат. 

[indent] Он сидел на своей кровати, ровно выпрямив спину и погружённый  собственные мысли. Прокручивал в сознании своем все события последних дней, выуживал из этого какие-то собственные решения и оценки. Подводил некоторых итог, все знаки складывая, дабы после уже трезво все оценивать. И не потому, что он потерялся - вовсе нет - а потому, что еще совсем недавно именно гнев его одурманил. Поведение это не должно было подчиняться по законам прописанным мудрецами прошлого под его ипостась: не должен был он ко тьме склоняться, не имел права поддаваться искушению  - оскверняет само понятие ребенка Шепфы. Пальцы тут же сжимают колени, колкой болью прорезая покой. Лицо хмуриться, тело боль приветливо встречает. Пусть она будет, пусть указывает на свою же ошибку - достойное наказание за все согрешения.

[indent] Чужую энергию он почувствовал еще до приветствия. Она медленным потоком подползала к нему, взывая откликнуться сразу же. Вот только Дино продолжал сидеть, молчаливо взором к небесам подлетая. Смотрел на все со стороны, выжидал чего-то, и, когда настал нужный момент, он наконец-то прощается со своим занятием и смотрит прямо на нее

[indent] − Мими, − произносит чужое имя странным для себя голосом. Тот едва хрипит, тот едва слышимый. Как из какого вакуума вытащен был, не способный подчинить свой же организм и поставить тот на ноги,  − Спасибо.

[indent] Но все равно остается в своем надругательским не движении, внимательно наблюдая за своей гости. Не спрашивает ни о чем, позволяет той рассказать как можно больше. Позволяет ей самой построить догадки, сказать что-то еще, помимо их ужасного плана. В нем было слишком много дыр позорных, что прогрызают ментально беспокойство. Но что им, детям, остается еще делать, как не безрассудно прыгать в само пламя разгоряченное? И если они этого не сделают, то будет только хуже. Им, всем. 

[indent] А после тема плавно переходит на него самого, затрагивает руки, что все еще не остыли. Багровыми пятками костяшки кричали, молили себя залечить, просили рассказать ту страшную историю. Дино опускает взгляд на них и тут же улетает в собственное прошлое. Улетает туда, где он ответы искал на все те вопросы, которые круглы сутки терзали пошатанное сознание. Беспокоили и днем, и ночью: не скрыться, не найти решения этой задачи. Ангел улетает в тот самый момент, когда стена стала единственным верным другом. Ей он рассказывал в каждом ударе о каждом своем проступке, ей он шептал слова извинения, ей он кричал о помощи. Но лишь тишина была ему ответным подарком. Молчание гробовое и скулящая боль собственных рук.

[indent] − Все хорошо, − врет он ей. Обманывает, ссылаясь на спасительное утешение. Отнимает руки задеревеневшие от собственных коленей, убирая с эпицентра внимания пальцы. Скрещивает их в замок, снова к боли взывая. Скрывает позор свой от взора чужого, дабы больше не возвращаться к этой теме. Не хочет, не имеет права к жалости к самому себе, − Как вы планируете сбежать? Это же безумие, - переводит тему так бессовестно, что аж самому тошно.

[indent] И лучше бы ей отсюда уйти как можно быстрее, но где-то внутри он сам этого не хочет. И внутри просыпается тихий скулеж: он скучал, признает это; он рад ее видеть живой.  

Подпись автора

покайся

+2

4

вьется светлым локоном моя злость
шёлковой нитью ненависть
скажи мне, как тебе удалось
разбудить моих демонов?
x x x

Доверять ему − самая ужасная идея, которая только могла прийти мне в голову. Наступившая война, что разделила на всех на противоборствующие стороны, очень явно и живо обнажила пороки и стремления каждого. Вчерашний друг легко мог стать тебе врагом, и наоборот, помощь зачастую приходила из неожиданных мест, оттуда, где ты и не ждал ее получить. Стремления моего ближайшего круга общения были мне хорошо знакомы; я приблизительно представляла, кто и за что будет сражаться в грядущей битве против Маль-бон-те. Представляла мотивы кого угодно; но только не его, этого ангела со слишком темной душой, который сейчас сидел передо мной с самым невинным и безмятежным видом. − Разве в детстве тебя не учили, что лгать − это нехорошо? − медленно интересуюсь, прищуриваясь, пока мои серые глаза словно видят его насквозь. Мне не составляет ни малейшего труда уловить тонкий след его энергии, которая вилась вокруг нас, и намекала мне повернуть голову влево; присмотревшись, я замечаю трещины в стене и оставшуюся штукатурку, получая ответ на свой вопрос о его руках. Я тяжело вздыхаю, стараясь выкинуть эти кровавые картины из своей головы; умоляя себя не погружаться в его проблемы до самого дна, когда мне уже не хватит воздуха, и я ни за что не смогу вынырнуть обратно.

Его следующий вопрос заставляет меня удивленно поднять брови, и вновь устремить дерзкий взгляд к его бледному лицу. Он серьезно думал, будто я стану посвящать его в детали нашего плана после того, что сделал его отец? После того, что он сам сделал со мной? Слабый внутренний голос пытается напомнить мне о том, что своей жизнью и тем, что я вообще сейчас могу свободно дышать, я тем не менее обязана этим самым разбитым ангельским рукам; и это выводит меня из себя еще больше, вызывая новые и новые вопросы в моей голове. Пауза затягивается, когда я, наконец, усмехаюсь, устраиваясь на своей половине кровати с таким независимым видом, будто это он заглянул ко мне в гости на огонек. − Ты недооцениваешь нашу с Люцифером степень влияния на других. И конкретно мою степень влияния на мужчин. − медленно усмехаюсь краешком губ, переводя взгляд на ключ, что все еще лежит между нами. Я понятия не имела, пожалею ли о том, что освободила его, дав шанс сбежать вместе с нами обратно в школу, не оставив гнить в лагере Мальбонте, или же напротив, порадуюсь, когда он будет на нашей стороне; отчасти этот жест был неосознанным жестом благодарности за мое спасение, даже если я никогда в жизни не признаю этого вслух.

Чувствую, как воздух в небольшом пространстве комнаты между нами вибрирует от напряжения, отчасти признавая, что виной этому моя злость на него и непонимание его поступков. Наверное, если сейчас я не воспользуюсь шансом получить ответы, больше его не предоставится никогда. Делаю один глубокий вдох, и медленно произношу на выдохе: − Но знаешь, если вдруг тебе захочется остаться здесь, помогая Фенцио или Мальбонте в их чертовом завоевании мира − я даже не буду удивлена. Просто скажи, как ты мог столько времени не замечать, что твой отец настоящее чудовище?! − осознаю, насколько резко или обвинительно могут звучать мои слова, но мне н-а-п-л-е-в-а-т-ь,  я ведь здесь не для того, чтобы быть тактичной или носиться с его чертовыми чувствами. Разве он хоть когда-то думал о моих?..

Теперь я словно прозрела, словно могу видеть наверняка, заглядывая в самую суть. Несмотря на светлые ангельские одежды, на рубашку с высоко закатанными рукавами, тьмы в нем так много, что я практически чувствую что-то родственное, тождественное мне самой, каждый раз когда он, словно борясь с собой, поднимает на меня взгляд. Я слишком запуталась; я не знаю, что он сделает, если я вдруг повернусь к нему спиной, постаравшись довериться. И самое главное − не знаю, хочу ли проверять. Мои серые глаза встречаются с его по-прежнему безмятежным взглядом, и я неосознанно слегка подаюсь вперед, словно хочу, чтобы он наверняка услышал и осознал каждое мое слово. − Или любовь к причинению боли другим в вашей семье передается генетически?.. − не хочу вспоминать, но все равно вспоминаю, чувствуя, как фантомной болью начинают ныть позвонки на моей шее. Он едва не убил меня, и я вряд ли сумею стереть это из своей памяти; также как никогда не найду ответ на вопрос о том, зачем он собственными руками вновь вернул меня к жизни.

Подпись автора

,, но жить с ней — как в аду: что ни день,т о    о ч е р е д н а я   п-ы-т-к-а.  иногда мне кажется,https://i.imgur.com/KWRcHit.gif https://i.imgur.com/NqJGCQV.gif https://i.imgur.com/eBSavM3.gif
что когда-то я подписался на каждодневный БДСМ // без стоп слова ,,

+2

5

[indent] Она бьет самым наглым образом. Пробирается за его костяную клетку и тянет пальцами душу наружу. Она издевается над ним, приближаясь и давя на самое больное. А он, желая не споткнуться, лишь опускает голову и тихо усмехается. Никто не хочет жертвой остаться в этом первобытном хаосе, но каждый из участвующих его же и питают. И если они переживут все это - им повезло. Такая чертовски болезненная правда, такое решение этой проблемы. Ему бы сказать хоть что-то в свое оправдание, но вместо этого лишь произносит сухое согласие. А после поднимается на ноги, отходит на какое-то расстояние. Туда, ближе к столу. Ладони свои опускает на эту деревяшку тонкую. Он совершил над собой целую революцию:

[indent] − Я не знаю, чем мы отличаемся, - взглядом тиранит стену пустую напротив себя, словно видит там что-то стоящее его внимания. Словно видит там ответ долгожданный, но там ничего - холодная и безмолвная пустота. Там нет ничего, лишь очередной повод выпустить все это на волю. О, да, Мими уже знает каково это: когда тьма овладевает телом ангельским, когда не месте неба спокойного бушуют ураганы. Преподносят величие смерти, преклоняет колено перед ужасом великим. Она знала, как никто другой, какой именно был Дино. Вот почему он полностью с ней согласен, − Тогда надо было оставить тебя там подыхать, верно?

[indent] Окончание фразы тает в какой-то слабой хрипоте из-за тона пониженного. Именно так бы поступил его отец: оставил бы сошек умирать на своем пути к великой славе, не посмотрел бы через плечо на руки нуждающихся. Не сделал бы ничего, что могло бы его остановить. В этом была гордость, но в тот же момент Дино впервые ощутил такую сильную неприязнь. Он ненавидел того, благодаря кому появился. Он терпеть не мог человека, которому поклонялся всю свою жизнь осознанную. Была и еще больная не любовь в его сердце. К самому себе ее посвящал, тихо рыча на свою слепоту: как он мог не заметить темноту вокруг Фенцио за все эти годы, что находился рядом с ним. Не увидел, не услышал, не почувствовал - словно сам виноват в падении его, словно сам разрешил ему обратиться во тьму. 

[indent] − Решила отчитать меня за каждое прегрешение моего отца? − продолжает он тоном, от которого самому тошно. Что-то внутри него скрипит, что-то просится наружу. Оно поглощает всю его сущность, цепи с себя снимая: указывает на собственные слабости, скрещивая и пережевывая все эмоциональные тональности - как по инструменту, играет искусным мастером, дабы передать этому миру настоящий шедевр, − Если да, то я бы на твоем месте закрыл свой рот.

[indent] Он не хочет ее обидеть, как и она его - уничтожить. Но это напряжение делает всю работу за них. Как марионетками ,дергает за ниточки, мысли поганые в голову им прописывает печатной машинкой. Заставляет выполнить лишь один алгоритм - любить и ненавидеть. Какую по очереди функцию выполнять им не суждено эо выбирать: прогладывают так, без запивки, все сразу. 

[indent] В этих стенах он мутировал в свое отвратительное отражение. В тот образ, от которого бегал постоянно. Темный, холодный, а главное - пустой. Обратился по вине своего саморазрушения, потеряв какую-то цель для продолжения борьбы. И сейчас, на эти слова - ножи падая грудной клеткой распахнутой, ему лишь удается ускорить сам процесс. Опухоль разрасталась куда сильнее, чем ему хотелось. Болезнь, о которой не напишут в книгах, проникала в подкорку. Злила, а потому пальцы сжимаются в кулаки. Взгляд снова спотыкается о разбитые костяшки. Как же он просто повел на эту провокацию. 

[indent] − Если это все, то попрошу меня оставить, − наконец-то произносит он, не желая повернуться. Знает, что это опасно - для него, для нее, для всех - а потому просто не дает себе шанса, − Я сделаю все, как вы скажете. У меня нет другого выбора.

у него никогда не было другого выбора

Подпись автора

покайся

+2

6

Мои слова бросают спичку в его и без того облитое бензином тело, и все, что мне остается ‒ не без удовольствия наблюдать за тем, как он загорается за одну секунду. Словно по щелчку моих тонких пальцев. Заточение в одиночестве явно повлияло на его настроение не самым лучшим образом; в конце концов, в школе были тренировки и помощь другим ученикам, на которую можно было бы отвлечься. Здесь же ‒ ничего, кроме пустоты и собственных мыслей, которые циркулировали по кругу. Я понимала его, как никто другой, эти несколько дней в заточении свели с ума даже меня, при том что я ежедневно с кем-то общалась, и в целом не позволяла себе падать духом, напоминая о том, что нам всем еще предстоит длинная дорога назад. Домой. Но Дино, кажется, уже сдался; иначе как объяснить то, что мои пропитанные ядом слова настолько быстро и точно бьют в цель, словно он пригласительно нарисовал мишень на своей грудной клетке, доверчиво говоря мне, что я могу нанести свой удар?

Я улыбаюсь ему, и от этой улыбки веет холодом и удовлетворением одновременно. Я не ожидала, что он настолько быстро выйдет из себя, поддавшись на мою откровенную провокацию. Неужели его хваленые медитации не заряжают его чертовым покоем и благостными настроениями, м? Я почти открываю рот, чтобы спросить его об этом вслух, но его взгляд, которым он одаривает меня, определенно не сулит ничего хорошего, словно он успел прочитать мои мысли. Улыбка медленно сползает с моего лица; тело напрягается, и я собираюсь в клубочек на кровати, все сильнее сжимаясь с каждым произнесенным словом, которое он весьма безжалостно впечатывает в меня. ‒ Что? ‒ переспрашиваю тихим, угрожающим тоном, а в моих глазах сверкает ярко-рубиновый отблеск. Я умоляю себя остановиться. Если бы я знала хотя бы одну молитву, которая привела бы нас обоих в чувство, заставив, наконец, оставить друг друга в покое, прекратив изматывать раз за разом, я бы давным-давно начала читать ее вслух. Но в глубине души я прекрасно осознаю, что нам теперь уже ничего не поможет.

Теперь останется только наблюдать за тем, как все вокруг горит в пламени.

‒ Я не просила тебя этого делать, справилась бы сама! ‒ в одну секунду поднимаюсь на ноги, говоря вслух откровенную ложь; подталкивая себя яростным чувством несправедливости, которое обжигает меня изнутри. Рядом с ним я всегда чувствую себя хуже, гораздо хуже, чем я есть на самом деле; словно все мои пороки и недостатки выкручивают на максимум, как переключатель громкости на радио. Напоминая мне, кто я такая на самом деле; несмотря на прекрасное лицо, лишь тьма и пустота внутри. Разве с ангелами не должно быть все совсем наоборот? Разве они не должны вдохновлять тебя на чертовы любовь, добро и бабочек? Я никогда не слышала, чтобы Дино хоть когда-либо разговаривал с кем-то в таком тоне. ‒ Сначала ты чуть не убил меня, потом вдруг решил спасти, а теперь заявляешь, что едва ли не сожалеешь об этом?! ‒ скрещивая руки, защищаясь от него невербальными сигналами, я тем не менее, стою на достаточно близком расстоянии для того, чтобы в случае чего сломать ему руку... или еще что-нибудь. Делаю несколько коротких вздохов, но это не помогает; уже ничего не помогает, и я перестаю контролировать поток слов и вопросов, которые вертятся у меня на языке.

‒ Если ты ждешь, что я упаду на колени в благодарностях, то этого не будет. ‒ отрезаю, усмехаясь краешком рта, но мои глаза остаются холодными, как лед. ‒ С каких пор ты решил, что имеешь право распоряжаться моей жизнью, как будто я твоя собственность?! ‒ я ощущаю, как повышается тон моего голоса и температура моего тела; мы оба сильно рискуем быть обнаруженными, если кто-то из наших надзирателей имеет чуткий сон, и случайно услышит меня. Я умоляю себя успокоиться, вспоминая, что в таких случаях обычно делают люди. Считают до десяти? Глубоко дышат? Моя грудная клетка быстро поднимается и опускается, и я медленно качаю головой, задавая вопрос, который мучил меня больше всего все это время. ‒ Просто скажи, зачем ты это сделал? ‒ тон голоса становится тише, и я ловлю его взгляд, словно хочу найти там все ответы. Не знаю, что это тогда был за порыв ‒ внезапно проснувшаяся совесть за то, что он сделал со мной до этого, банальное желание защитить ближнего и слабого, или что-то большее, недоступное для моего понимания? Я не знаю, клянусь, я не знаю.

Но очень сильно хочу узнать.

Подпись автора

,, но жить с ней — как в аду: что ни день,т о    о ч е р е д н а я   п-ы-т-к-а.  иногда мне кажется,https://i.imgur.com/KWRcHit.gif https://i.imgur.com/NqJGCQV.gif https://i.imgur.com/eBSavM3.gif
что когда-то я подписался на каждодневный БДСМ // без стоп слова ,,

+2

7

[indent] Как же в этот момент он был глуп. Сам для себя данное понял, когда не получил желаемое. Перед ним стоит демон, что только и делает, как питается слабостью чужой. И чем ангел слабее, тем обратная его сторона - темная, вульгарностью пышущая, терзающая колкими фразами тело - становилась сильнее. Это иллюзорное уравнение было составлено еще за долго до рождения их, это природа небесная, от которой нет ни у кого спасения. Вот почему Дино себе кажется таким глупым, вот почему он видит себя со стороны и не чувствует жалости. Лишь бы посмеяться, но не делает даже этого. Он идет от обратного.

[indent] Корпус свой выпрямляет, отталкиваясь от поверхности стола. Тот неприятно скрипит - выдыхает - сразу же, как только тяжелый груз с его поверхности отскакивает. Столешнице тало легче, как и тому, что еще мгновение какое-то назад ивой склонялся над могилой собственной. Мими нужны были ответы - о да, она их получит. Получит ответы на все, а потом снова пожалеет о таком своем внимание - шепот в его голове ласкал слух, успокаивал и посылал бессловные угрозы в сторону девушку. Намекал, чтобы ангел - носитель его - показал истину каждого своего поступка. Предлагал различные способы, чтобы донести информацию, да только юноша стоял и лишь переводил дыхание. Губы свои поджимал, будто бы выбирал вариант более интересный себе. А их было много.

[indent]   − Потому что захотел этого?  − говорит он голосом спокойным, что идет в разрез с тем, что на самом деле творилось в его голове. Там горели города, там умирали целые вселенные - под жаром агонии немыслимой. Делает шаг в сторону своей собеседницы, затем второй. Взгляд свой не отрывает, выражение на лице не меняет Лишь только тогда, когда расстояние между ними сократилось, глаза еще щурятся,  − И это твоя благодарность?

[indent] Она не умела такое. Она словно была не способна на подобное, но при этом Дино видел нечто обратное. Прочитывал сквозь всю эту иллюзорную обложку, что ставила на первый план демоница: за нею та скрывала свои настоящие чувства, за ними она прятала свою слабость - все это ангел видел перед собой, откидывая некоторые ментальные щиты ее. Знал ее так, как, возможно, никто другой. И в этом была доказана его лидирующая позиция в этом диалоге. И даже сейчас, когда она пыталась вгрызться словами грубыми, пыталась вызвать нечто ужасное из крыльев белоснежных, сама при этом бежала в обратную сторону. Дино все это чувствовал, знал, предвидел словно.

[indent]  − Или ты боишься, что так ты откажешься от сути своей?  − голова его чуть в сторону наклоняется, но при этом он не перестает разглядывать чужое лицо. Стороны внезапно поменяли свои положения: тот, кто выхватывал удары - теперь нападает, а та, что пыталась добить лежащего, теперь укрывается от звонких пощечин. Расскажи ему, маленькая демоница, что на самом деле скрывает эта холодная улыбка натянутая,   − Но не тебе обманывать меня.

[indent] И снова делает шаг. Тот, который обрывает все рамки приличия. Между ними уже отсутствовало пространство, между ними не было ничего, кроме сотни недосказанных фраз. Кроме столько же пройденных ошибок  − ничего, но так много сразу. Ладонь ангела аккуратно приподнимается к чужому лицу, ледяным касанием окутывая щеку чужую. Поднимает за подбородок, чтобы не терять контакт зрительного, так же аккуратно, но при этом не упуская власти над телом ее. Позволяет себе больше, чем нужно, но при этом даже не винит себя за это. Дино, как и ей, нужны были ответы. Ответы хоть на что-то, чтобы наконец-то разобраться в этой головной боли. 

[indent]  − Ты же знаешь сама,  − шепчет он, в какой-то момент непроизвольно на губах чужих спотыкаясь взором. Замирает там на какое-то мгновение, едва заметно хмурясь от такой остановки, а затем снова говорит, уже рассматривая костры в темноте ее глаз,  − Что я именно тот, кто видел тебя слабой. Видел и протянул тебе руку. И ты еще спрашиваешь: зачем я спас тебя, Мими?  − и в этот момент вторая рука, что болталась без дела, мягко накрыла чужое предплечье. Сжало чужую плоть пальцами, ладонью широкой снова холодом прожигая. Из крайности в другую. От хаоса - в бесконечную гармонию. Прыгал так шустро, что сам себя проклянал. 

Подпись автора

покайся

+2

8

там глубоко-глубоко внутри
что-то на твой голос
отзывается.
только никому не говори,
что тебе это
нравится
х х х

Мне нравится тешить себя весьма глупой иллюзией на тему того, что у меня есть выбор; нравится думать, что я прямо сейчас могу развернуться и уйти отсюда, оставив после себя лишь не самые приятные воспоминания и легкий след энергетики ярко-малинового цвета. Нравится думать, что именно я, и никто иной, провоцирую в хрупкой ангельской натуре необратимые изменения, что рано или поздно приведут к штормам и порывам шквалистого ветра, которых стоит опасаться. Всем, кроме меня. То ли из-за безрассудства и храбрости, то ли из-за природной глупости я будто назло себе иду в эпицентр этой бури, шаг за шагом проваливаясь в бездну, из которой мне больше никогда не выбраться. Каждое его движение, каждый легкий, но весьма многозначительный шаг в мою сторону словно еще больше распаляет во мне любопытство. Интересно, как далеко еще он сможет зайти. Интересно, сколько слоев из перепутанной тьмы я еще смогу извлечь на свет божий. Интересно, как долго выдержу я сама, продолжая делать вид, что держу ситуацию под контролем, когда этот самый контроль давным-давно испарился из моих рук.

Я думаю, что управляю им, но на самом деле это он управляет мной; каждый мой шаг становится зеркальным отражением его движений, но я не отдаю себе в этом отчета, захваченная тем, как его взгляд, еще более холодный, чем мой, действует на меня. ‒ Я не умею благодарить. ‒ эхом отзываюсь на его весьма риторический вопрос, хотя он и так знает ответ на него. Я могу подарить лишь парочку ночных кошмаров, которые раз и навсегда лишат его спокойного сна, но никогда не буду смиренно говорить ему "спасибо" просто за то, что он поступил, как ангел. Хотя на самом деле едва ли таковым является; мне не нужны никакие слова, чтобы видеть это по-настоящему. Я медленно отступаю назад, шаг за шагом, пока и без того небольшое пространство комнаты не заканчивается под моими крыльями. Лопатки прижимаются к ледяной стене, вызывая град мурашек от контраста температур с моей горячей кожей. Я дергаюсь, пытаясь отвоевать себе немного свободного места, но понимаю, что нахожусь в ловушке, в которую сама же себя загнала.

‒ Что ты делаешь? ‒ удивительно, как спокойно звучит мой голос, не выдавая и сотой доли того противоречивого пламени, которое бушует у меня внутри. Никогда не могла пожаловаться на недостаток уверенности в себе, но прямо сейчас простое действие ‒ поднять голову и посмотреть в глаза Дино; кажется мне практически невыполнимым. Я слишком хорошо знаю, что увижу там; отблески огня, на который мы оба смотрим на самом деле, не решаясь протянуть к нему руку, чтобы не обжечься. Он словно читает мои мысли, и конечно же, поступает назло; прохладные пальцы берут меня за подбородок, и я инстинктивно отшатываюсь назад, словно желая слиться с каменной стеной еще больше, невзирая на темные крылья, для которых не оставалось никакого места. Меня с головой накрывает странное ощущение дежавю; кажется, будто его пальцы сейчас снова скользнут вниз, к моей шее, лишив меня последних остатков воздуха, которого и так было в нехватке. Надавят на хрупкие кости моего горла, и на этот раз, не остановятся, словно призывая меня наконец-то замолчать навечно. Я сглатываю ком, который образовывается в горле, и слегка приоткрываю рот в попытках поймать несколько вздохов губами. ‒ Ты пугаешь меня. ‒ произношу шепотом, и это чистая правда, только теперь я знаю, что должна делать с этим страхом. Я больше не позволю ему застать себя врасплох; я наконец-то посмотрю ему в глаза, не опасаясь того, что именно смогу там увидеть.

Его тяжелая ладонь ложится на мое оголенное плечо, и я вздрагиваю от неожиданности; волна дрожи проходит по моим сдавленным в ловушке крыльям, как будто мое тело само собой подает сигналы бедствия, умоляя меня выбираться как можно скорее. Но я не двигаюсь; запертая между его руками и стеной позади меня, пытаюсь сосредоточиться хотя бы на слове из того, что он говорит, игнорируя волны мурашек, что рассыпаются по моим ключицам к шее от контраста температур и его прикосновений. Я слабая, так он говорит; пусть будет так, потому что это чистая правда. Мой подбородок слегка дрожит в его руках, и я прикрываю глаза, чуть склоняя голову, чтобы потереться щекой о тыльную сторону его ладони. Что-то внутри меня обрывается, и я больше не могу сдерживать всепоглощающее желание сдаться; мне нужно сделать лишь одно крошечное движение вперед, для того чтобы накрыть своими губами его губы в обжигающем поцелуе.

Вкус его свежей и слишком чистой для меня энергетики взрывается на кончике моего языка; прерывисто вздыхая, я зарываюсь пальцами в его запутанные светлые волосы, притягивая его к себе еще ближе, настолько близко, насколько это возможно, чтобы между нашими телами не осталось вообще никакого расстояния. Никогда. Слишком быстро теряю границы дозволенного, слишком быстро теряю контроль, позволяя его рукам держать себя, а своим ‒ беспрепятственно блуждать по его плечам и телу. Вбираю его губы без остатка, бесконтрольно покусывая и углубляя следующий поцелуй, не давая ни ему, ни себе, шанса выбраться и сделать хотя бы один спасительный выдох и вдох. Его вкус обезоруживает меня, он ‒ чистый холст, на котором я бессознательно оставляю свои отметины, порчу его одним прикосновением своей кожи к его. От волнующего осознания того, что он находится в моих руках, по телу пробегает разряд чистого электричества. Отстраняюсь от его распухших губ на один миллиметр, поднимая голову, чтобы заглянуть ему в глаза. ‒ Только скажи, и я остановлюсь, ‒ шепчу прямо напротив его рта; но мы оба знаем, что я снова лгу.

Подпись автора

,, но жить с ней — как в аду: что ни день,т о    о ч е р е д н а я   п-ы-т-к-а.  иногда мне кажется,https://i.imgur.com/KWRcHit.gif https://i.imgur.com/NqJGCQV.gif https://i.imgur.com/eBSavM3.gif
что когда-то я подписался на каждодневный БДСМ // без стоп слова ,,

+2

9

[indent] Он пугал не только ее. Он пугал самого себя: не мог прочитать истину мыслей, не мог собрать себя целиком, словно потерял всю способность контролировать что-либо в этом мире. Образ прежнего ангела давно расправился перед глазами. Иллюзорной дымкой плывет перед взором, намекая на былое величие. Все рушиться, все умирает, а виной все эти эмоции, что между ними возникли. Они колются, они дрожат словно живые. Не  осознанные, все еще не до конца прочитанные. Хотя хотелось обратного: Дино хотел понять, что именно это такое, что именно его вечно бросает под ноги бегущих мимо него событий и не дает никак подняться. Что именно и как именно его заставляет оттолкнуться от этого чистого образа, поддаваясь искушению и портя белоснежный цвет настоящей чистоты. Не мог - никак не мог. Как и она. И таково было их персональное проклятье на двоих: не спасти друг друга, лишь только продолжать вместе падать в бесконечную яму. Там впереди их ждала темнота, но они, глупые, все еще продолжали бороться в нескончаемом падении. Хватались за выступы, скалили друг другу уста в кривых усмешках. Убивали одним только взглядом, хмурили лицо при виде друг друга. Сопротивлялись, но все равно продолжали - падать и приближаться друг к другу. И вот сейчас, когда пальцы еще вжимаются в чужую щеку, картинка словно начинает приобретать какой-то осмысленный вид. 

[indent] Так, словно он наконец-то начинает все понимать. Озарение пришло слишком резко. 

[indent] Так резко, что выбило весь воздух из его грудной клетки. Сжало ребра в невыносимой хватке, обжигая уста горячим поцелуем. Яд так сладок, что ангел на мгновение поддается. Начинает таять, руки медленно опуская на чужое тело. И это его дурманило, это его контролировало. Все пару дней назад он хотел ее ненавидеть, хотел уничтожить за всю эту дерзость, но сейчас все иначе. Он не даст ей прекратить, он не позволит ей уйти. Не сейчас.  Даже если она просит себя остановить ‒ не позволит.

[indent] ‒ Ты издеваешься? ‒ шепчет он в чужие губы, крепко одежды ее сжимая. Обнимает так сильно, что кажется кости чужие вот-вот лопнут в его руках. Тело немного шатается - нужна опора. Нужна точка хоть какая-то, чтобы не упасть вовсе. И он ползет дальше, ладонями выше. К той самой опоре, что сейчас является единственным утешением. Стена встречает своей грубой шероховатостью, прокалывает кожу пальцев холодом. Все сейчас имеет слишком яркие контрасты, все слишком яркое на вкус. Тем более она, что сейчас шепчет о пощаде. 

[indent] Но о какой пощаде могла идти речь вообще? Никакой. Не дает шанса на отступление. Он не даст даже идеи для рождения этой мысли ни у себя, ни у нее. Будет давить до последнего, выжимая остатки здравого смысла до последней его капли. Уничтожит у основания, задушит в зародыше. А потому наступает сам, нападая на нее: коршуном накидывается, вжимая девушку в это проклятую стену; заставляет ту задыхаться от того, как губы чужие сминал - яростно, жадно, как не подобает ангельской натуре; заставляет ее просто умереть тут и сейчас. Убивает ее так же быстро, как и себя самого. Забирает весь разом, заставляя все ее внимание на себе замереть. 

[indent] Эгоистично подавляет чужую власть, указывает на место чужое. Показывает на чужую слабость, в ярких красках смазанных движениях губ наконец-то рассказывая обо всем том, что внутри него хранилось все эти дни: недосказанные фразы, пережеванные эмоции, брезгливые домыслы - все это сейчас было его персональным ядом, заставляющим кровь вскипать и обращаться в самую настоящую лаву. И пусть сейчас кто-то войдет, пусть сейчас кто-то стоял там за стеной. На все плевать - весь между двумя плотно прижатыми друг к другу телами. Вся сила, вся власть тут. 

[indent] Дино обращается к сознанию чужому, что так слабо сейчас. Пробивается сквозь щиты ментальные, ослабленные. Заполняет собой чужую голову, нахально подминая весь облик Мими под себя. Не уйти, не вырваться ей больше - молила о спасении, молила о пощаде, но только теперь тебе уже никуда не уйти - чтобы снова показаться тем самым монстром, что ее когда-то чуть не убил. Но в тот же момент извиняется, обрисовывая изгибы женские ладонью широкой: просит прощение за непроизвольную власть свою этими касаниями рваными, которых уже не остановить. Ему не остановиться, как и ей - хотя попробовать могли. Могли попытаться соскочить с этой дозы, сорваться с крючка и отскочить друг от друга. Но вместо этого лишь продлевают собственные мучения.  ад и рай в  одной только встречи

Подпись автора

покайся

+2


Вы здесь » ROMANCE CLUB » Sail in the fog » the beautiful & damned [16.12.20]


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно